[HOME]
ОУНБ Кіровоград
DC.Metadata
Повернутись
[ HOME ]
Фон ЗЕМЛЕДЕЛЬЧЕСКИЕ АРТЕЛИ 


Фон

<<<Назад | Початок | Далi >>>

О земледельческих артелях в Елисаветградском уезде.1

(Доклад Елисаветградской Земской Управы Уездному Земскому Собранию 1895 года).

В конце апреля 1895 года в Земскую Управу поступило несколько заявлений крестьян села Панчево о выдаче ссуд для покупки лошадей и приобретения хозяйственнаго инвентаря. Заявления эти, как видно из многочисленных помарок на них, были направлены сначала в Елисаветградское отделение государственнаго банка, которое ходатайство крестьян оставило без удовлетворения. Земская Управа, не имея никакого собственнаго земскаго капитала для подобных надобностей, также не могла удовлетворить эти ходатайства. Из разрешеннаго ей кредита из государственнаго банка ходатайства эти не могли быть удовлетворены по следующим основаниям: Земское Собрание уполномочило Управу вести только следующия ссудныя операции на кредит из государственнаго банка: 1) выдачу ссуд под хлеб (на срок до 9 месяцев); 2) выдачу ссуд под земледельческия орудия (на срок не свыше 3 лет).

Крестьяне села Панчево, в своих заявлениях, просили, кроме того, выдать им ссуду не каждому отдельно, или по приговору сельскаго общества за его круговою порукою, а как отдельным самостоятельным артелям, составленным по особому артельному договору, в котором подробно регламентирован внутренний распорядок ведения артельнаго хозяйства и ответственность артельщиков по обязательствам артели.

12 августа в Управе получено еще несколько артельных (есть уже артели из с. Канижа) договоров, без всяких заявлений о выдаче ссуды, ея размере, сроках, причем многие договоры даже не засвидетельствованы волостным правлением, а 14 августа получено прошение присяжнаго повереннаго Н. В. Левитскаго, с приложением доверенностей (выданных 19 апреля 1895 года) крестьян села Панчево (составивших артели), уполномачивающих присяжнаго повереннаго Левитскаго ходатайствовать пред подлежащими учреждениями о выдаче ссуд артелям. Из прошения присяжнаго повереннаго Левитскаго видно, что все артельные договоры и приложения к ним, полученные в Управе 18 апреля и 12 августа, присланы в Управу им, Левитским.

Земская Управа считает нужным отметить следующее: в заявлениях крестьян, присланных в Управу в апреле, соединившиеся для общаго введения хозяйства именуют себя то артелями, то товариществами; в артельных договорах сроки обязательнаго существования (наименьшаго) артели сначала определены были в 4 года, а потом в 5 лет. Все перемарки, а ими наполнены заявления и договоры, неоговорены. Вообще, с формальной стороны, все договоры и заявления неудовлетворительны. Управа, впрочем, не придавала особеннаго значения этому факту, прекрасно зная, как трудно в деревне найти толковаго составителя бумаг, а также имея в виду, что крестьяне просили ходатайство их доложить Земскому Собранию, следовательно, Управа могла собрать на месте дополнительныя сведения и представить их Собранию с своими соображениями2.

В настоящее время Управа располагает значительным фактическим материалом по вопросу об артелях, с которым и имеет честь познакомить Земское Собрание.

Агрономический смотритель П. Я. Кузьменко ездил 13 — 14 августа в Панчево и Каниж специально для ознакомления на месте с артелями и представил в Управу следующия о них фактическия данныя.

Канижския артели. В Каниже согласилось образовать артели 8 групп, по пяти человек (домохозяйств), причем 6 из них люди бедные, в большинстве случаев без живаго интвентаря, согласились соединиться в артели, так как не имеют возможности эксплоатировать свои надельныя земли под хлеб, а также не могут зарабатывать на стороне, чтобы прокормить свои семьи и платить следуемые с них сборы. Со всеми неудобствами артельнаго хозяйства они будут мириться, так как хозяева подобрались во всех отношениях равные, в большинстве же родственники.

Так, 1-ая артель: Корней Кондратенко имеет 2 лошади, воз, борону; его зять И. Музыка — 2 лошади, воз; Андрей Музыка, сват — ничего нет (ходит на работы); А. Кондратенко (сын Кондратенка живет при отце); Григорий Спиринчак сосед Кондратенку — 2 лошади и воз. Артельным двором избирают Корнея Кондратенка. На всю артель имеют 5 полных рабочих мужчин, 8 женщин и 7 детей, неспособных к полевым работам.

2-ая артель. Михаил Спиринчак имеет 2 лошади, 1 телку, воз, борону; его брат Владимир Спиринчак—воз, борону; сосед перваго Иван Фрига—ничего нет (солдата выпустка 1893 года); Д. Николаенко—ничего нет (ходит на отработки); Андрей Сотник—ничего нет (ходит на отработки). Земли у них надельной 25 дес. Мужчин рабочих 5, женщин 5 и детей 15 душ. Общий двор у Михаила Спринчака.

3-ая артель. Самуил Спринчак имеет 1 корову, 2 воза, 2 бороны, плуг, рало; Балоновский — ничего нет; И. Лапин — ничего нет; Кузьменко — пару волов, воз, борону, рало; Николаенко — корову. Надельной земли 23? десятины. Рабочих мужчин 5, женщин 5, детей 11.

4-ая артель. М. Данилов имеет пару лошадей, 1 корову, 3 овец, два воза, две бороны, крумер, плуг; Андрей Данилов его сын — пару лошадей, воз, борону; Д. Данилов, также сын, ничего нет (отрабатывает); П. Николаенко сосед перваго—ничего нет (отрабатывает); также сосед М. Николаенко—пару волов, воз, борону, рало. Всего надельной земли 45 десятин. Рабочих мужчин 7, женщин 5, детей 12. Общий двор у М. Данилова.

5-ая артель. Михаил Жанталай имеет пару быков, воз, борону пять овец; Барановский — одну лошадь, 3 овец, воз, 2 бороны, рало; Рева— 1 корову; Спринчак—одну телку, воз, борону; Татаров—одну пару лошадей, воз. Всего надельной земли 30 десятин. Рабочих мужчин 5, детей 9. Общий двор избран у Барановскаго.

6-ая артель. Н. Тыщенко, 3. Гончарь, П. Гонтарь, И. Борга и М. Маковский. Артельный двор избран у Тыщенка. До настоящаго времени работают супрягою, но скот настолько малосильный, что 4—5 лошадей не тянут плуга и работа получается очень неудовлетворительная, почему, например, в этом году у них хлеб хуже, чуть у состоятельных соседей. (При получении кредита—артели хотят улучшить, главным образом, рабочую силу).

Две группы, из 8 же, артельнаго хозяйства вести не желают, так как каждый из них представляет из себя хозяина и при получении кредита может вести успешно свое хозяйство и только соединяются по 5 человек вместе, чтобы дать ручательство в исправной уплате долгов.

Хозяева имеют: 7-я группа. Степан Цыганаш—1 лошадь, 1 корову, 3 овцы, воз, борону, плуг; М. Цыганаш — 1 лошадь, е1корову, 4 овцы, воз, борону и плуг; Андрей Цыганаш имеет только мельницу; Ф. Чебан—2 лошади, воз, плуг, рало, 2 бороны; Голубов—1 лошадь, воз, плуг и борону.

8-ая группа. Роман Крамаренко имеет хорошее хозяйство с ветряною мельницею; Д. Трембовицкий мастеровой и нужды не терпит. Оба отказываются от участия в артели и даже в поручительстве друг за друга, тогда как остальные 3 участника первоначальной этой же группы родственники желают составить артель, так как они и без того работают вместе; они имеют пару волов, 5 овец, 2 воза, плуг, 2 бороны, 15 десятин земли надельной, 4 рабочих мужскаго пола, 2 женскаго и 2 детей. Ссуда им нужна для увеличения хозяйства.

Панчевския артели: 1) группа из 5 человек, согласившаяся составить артель, избрала общий двор у И. Васалатия. Сергей Васалатий имеет 1 лошадь, воз, борону, рало; И. Васалатий—пару лошадей, 1 корову, 2 воза, плуг, 2 бороны, рало; Петр Барькарь — 1 корову; И. Фоменко — ничего; К. Алексеев — 1 лошадь, воз, рало, 2 бороны. Надельной земли всего 32? десят. Работников мужчин 6, женщин 6, детей 12 душ.

2) группа, состоящая из отца, 3 сыновей и зятя. Двор избран у К. Шакуна. К. Шакун имеет 1 лошадь, 2 воза, плуг, 3 бороны, рало; С. Шакун—1 лошадь, воз, борону, рало; Г. Шакун— 1 лошадь, воз, борону; Ив. Шакун—ничего нет (живет при отце;); Короб—1 корову и 1 бычка. Всего надельной земли 20 дес. Рабочих мужчин 4 д., женщин 6 д., детей 3.

3) Илья Пистоль имеет 2 лошади, 1 корову, 2 овцы, плуг, 2 воза, круммер, 5 борон; Ф. Гризша—2 лошади, 1 корову, 1 быка, 1 гарбу, плуг,3 бороны; А. Гинкул—2 лошади, 1 корову, воз, 2 бороны; Т. Емельянов— ничего нет; Даналати—2 лошади, воз, 2 бороны, плуг. Надельной земли 45 дес Работников мужчин 9, женщин 8 и детей 7 душ. Группа имеет больше склонность хозяйничать отдельно, но в артель соединяются для получения ссуды.

4) Т. Кочержин, И. Борбой, М. Борбой и Н. Яшан составляют артель. Все бедняки, имеют 15 дес. надельной земли, рабочих мужчин 8, женщин 8 и детей 11.

5) Максим Короткий—1 лошадь, воз, борону; Я. Гинкул—2 лошади, воз, борону; В. Шепткин—2 лошади, корову, плуг, борону, рало; С. Агатий—1 лошадь, борону; Праля—2 бычка, воз, борону; И. Чуб—2 коровы; Яценко — пару волов, воз, плуг, борону, рало; Ботнаренко — 2 лошади, воз, борону; Яшан — лошадь, воз.

6) Из этого десятка, только 5 лиц готовы образовать артель. Паливода—имеет корову, воз; Короп—2 лошади, воз, плуг, борону, рало; Н. Шарпарь—ничего нет; Д. Баркарь—воз, плуг, борону, рало; Сибирный — 2 лошади, корову, воз, борону, рало.

Следующие 2 десятка хозяев, в которые входят Ф. Билик и Семен Лищенко, артелей составить не желают, так как у них достаточные хозяйства и требуют только поддержки. Они хотели бы взять ссуду, ручаясь друг за друга и в обезпечение долга готовы арендовать землю и произвести на ней посевы натурою от каждаго двора, взявшаго ссуду. В этих группах беднейшие из хозяев имеют пару лошадей или волов, а более состоятельные и по несколько пар.

Из опроса означенных лиц, беcеды с ними, а также из личнаго осмотра дворов видно, что крестьяне обеднели в самое последнее время, что свидетельствует оставшейся без употребления мертвый инвентарь, как то: плуги, возы, бороны. Хозяева, лишившиеся движимаго живаго инвентаря, настолько упали духом, что готовы составить артели и хозяйничать сообща, признавая, что самостоятельных хозяйств завести они уже не могут и рисковано их заводить на занятыя деньги. Хозяева же, не лишившиеся пока скота, также нуждаются в поддержании хозяйств, но больше склонны получить ссуду отдельно для каждаго лица, а как ручательство в исправной уплате долгов они готовы завести общия запашки и натурою производить работы. Урожаи же из этих участков всецело назначить на погашение долгов».

Из приведенных сведений Собрание изволит усмотреть, что, в сущности говоря, никаких артелей в Панчине и в Каниже пока нет. Есть хозяева, и их много, нуждающиеся в кредите и изыскивающие способы воспользоваться им,—одним из главных способов они считают артель, которая, по их же мнению, благодаря общей круговой поруке, представляет будто бы больше гарантий для кредитных учреждений, выдающих ссуды.

Есть, повидимому, и такие домохозяева, которые готовы не только получить артелью ссуду, но и утилизировать эту ссуду артельным, так сказать, способом. Странным, однако, представляется то обстоятельство, что, сознав все преимущества артельнаго хозяйства, эти будущие артельщики до сих пор не начали его вести по предположенному способу, т. е. артельным порядком. Нельзя же серьезно утверждать, что отсутствие ссуды денег мешает им это сделать: у них имеются надельныя земли, у них рабочия руки, у них есть хоть какой-нибудь мертвый и живой инвентарь, они, наконец, продолжают же вести свое единоличное хозяйство. Так почему же не устроили они до сих пор артельнаго хозяйства, отлично понимая все его преимущества? Ведь ничто не могло помешать им выйти на поле и обработать поочереди нивы всех артельщиков, весь рабочий скот свести в один двор, для уменьшения числа наблюдателей за этим скотом, и увеличившееся от этого количество свободных рук утилизировать на другия хозяйственные нужды и т. д., как это водится в артельном хозяйстве. Это обстоятельство, впрочем, объясняется сообщением же П. Н. Кузьменко, когда он передает мнение 5 групп будущих Канижских артелей. Эти будущие артельщики, как сказано в сообщении, «будут мириться со всеми неудобствами артельного хозяйства». Это сказано представителями артели, состоящей в большинстве из родственников. После такого сообщения, говорить о сознанных преимуществах артельнаго хозяйства довольно рисковано. Чтобы показать всю неосновательность мнения, будто осуществление «сознанных преимуществ артельнаго хозяйства» зависит от отсутствия ссуды денег (от банка или от земства), приведем следующия данныя об артели, состоящей из крестьян села Панчева: Моисея Паливоды, Антона Паливоды, Лаврентия Паливоды, Тараса Дуки, Кузьмы Паливоды, Карпа Паливоды, Платона Паливоды, Филиппа Белика, Андрея Белика и Василия Чеголи. Артель эти лица заключили 14 апреля 1895 года, за № 492. Из имеющейся описи имущества этих артельщиков оказывается, что у всех имеется надельной земли 65 дес., арендной 27, а всего 92 дес., лошадей 23 и другаго скота 9 штук. Всего душ в артели 42. Всякий безпристрастный наблюдатель сельско-хозяйственной крестьянской жизни скажет, что с такими хозяйственными рессурсами смело можно начать артельное хозяйство, раз «сознаны его преимущества» пред единоличным хозяйством. Можно прибавить еще, что рессурсы этой артели значительно повысились, так как некоторые члены этой артели воспользовались в 1894 году ссудой из государственнаго банка чрез посредство Земской Управы, именно: Филипп Белик взял ссуду в 36 руб., Моисей Паливода в 70 руб. и Тарас Дука в 35 руб.

И это не одна артель, члены которой для себя лично получили ссуду из государственнаго банка чрез посредство Земской Управы. Можно назвать еще Федора Грозана, получившаго 15 руб., Романа Крамаренка —40 р.. Кирила Шакуна, получившаго 70 руб. все эти лица состоят также артельщиками3. Все эти сведения Управа взяла из описи, представленной г. Левитским, и из дела Управы о выдаче ссуд из государственнаго банка в 1894 и в 1895 годах чрез посредство Земской Управы.

Нужно сказать еще, что в сведениях П. Н. Кузьменка и в сведениях г. Левитскаго об одной и той же артели встречаются разногласия относительно экономическаго положения артельщиков. Так, например, по сведениям г. Левитскаго, у П. Сибирнаго лошадей не обозначено, а г. Кузьменко нашел у него 2 лошади, корову, воз, борону, рало. Есть разница и в показаниях относительно земли, обрабатываемой будущими артельщиками. Самая группировка артельщиков по принадлежности к той или другой артели—также не одинаковы у гг. Кузьменка и Левитскаго. По всей вероятности, после составления артелей в апреле и мае месяцах, произошли некоторыя перемены в составе артелей. Но тогда как же считать самый артельный договор и данныя артелями полномочия на ходатайство о выдаче ссуд артелям? Как согласить существование артельнаго договора с заявлениями ; земскому агенту о том, что они желают вести свое хозяйство каждый самостоятельно и нуждаются только в ссуде?

Управа повторяет, что из сведений, доставленных агрономическим смотрителем П. Н. Кузьменко, и из других данных, имеющихся в Управе, видно, что никаких пока артелей земледельческих в Панчеве и Каниже нет. Возникнут ли они когда и в какую форму отольются—покажет будущее; во всяком случае, говорить в настоящее время об артелях, на основании одного только артельнаго договора, являющагося больше литературным произведением, чем юридическим актом (а бытовым фактом назвать, его невозможно совсем) не приходится.

Если возникнет где-нибудь в уезде артель, начнете вести свои хозяйственныя дела, и если этой артели понадобится помощь и участие земства, то, без сомнения, такая артель обратится с реальными, так сказать, предложениями и заявлениями, а земство, в свою очередь, изследует положение этой артели, и соответственно найденным фактам и, сообразно с имеющимися у него средствами и способами, окажете помощь такой артели.

В течении двух лет, с 1893 по 1895 год, Елисаветградское земство сделало, можно сказать, весьма удачный опыт по выдаче ссуд под хлеб. В первый год (1893—1894) выдано земскою управою, за счет кредита из государственнаго банка, свыше 85000 рублей в ссуду крестьянам: в 1894—1895 г. свыше 100000 рублей. Ссуды выдавались преимущественно беднякам: вот цифры по операции 1893—1895 года: выдано ссуд до 50 руб. на домохозяина—314, или 42,5% всех ссуд, в числе ссуд были и до 10 рублей на домохозяина. Кажется, что более мелкаго кредита и придумать трудно. В 1894—1895 году выдано ссуд 1211 домохозяевам, ни одного отказа не было, в том числе ссуд до 50 рублей 664 домохозяевам, т. е. свыше 50%. В числе этих ссуд до 20 руб. выдано 105 домохозяевам, до 30 рублей 321 домохозяину. Управа выдавала ссуды: сельским обществам—за круговою их порукою, товариществам и отдельным лицам, причем замечено следующее: наиболее исправными являются заемщики, получившие ссуду единолично: в этой группе богатые и бедные одинаково исправны, бедняки ссуду возвращают даже за несколько дней до срока. Менее исправными являются товарищества, компании (из 3—10 человек), совсем неисправными—сельския общества. Этого, впрочем, и ожидать нужно было: разве круговою порукою общество избавляется от недоимок государственных, земских и мирских сборов? Нисколько. Это всегда нужно иметь в виду, когда стараются доказать, что общая порука артельщиков — делает артель благонадежным плательщиком и заемщиком. Благонадежность заключается в платежных средствах, а не в поручительстве. Банк, земство, другое учреждение не решатся разорять артель, сельское общество из-за неисправности одного, двух лиц. А между тем, эта круговая порука дает в руки агентам исполнителям очень опасное оружие: взыскивать платеж, недоимку с перваго встречнаго, по своему усмотрению. Вот почему общества с такой неохотой выдают ручательства за своих членов.

Говорят еще, что артель, соединяя землю и средства артельщиков, увеличивает ея производительность, сокращает хозяйственные расходы и даже, будто бы, дает возможность вести хозяйство усовершенствованными способами. С перваго взгляда как будто так, но при ближайшем разсмотрении даже, такой теоретический вывод оказывается не совсем правильным. Обыкновенно приводят такой расчет некоторый наблюдателей над крестьянским хозяйством:

    Работников Рабоч. скота.
У сеющих менее 5 десят. 28 28
  5-10 12 25
  10-25 9 20
  25-50 7 16
более 50 6 14

Расчет этот верный, но именно по отношению к единичному хозяйству4. Применить его к артели невозможно. Возьмем пример из предполагаемых артелей Панчевских, и обратим внимание на описанную уже выше артель, у которой имеется 65 дес. надельной земли и 27 арендной. В этой артели 42 души наличнаго состава, из которых наверное 20 рабочих (а не 6), лошадей 23 (а не 16). Может быть, артель продаст лишния лошади, а лишних рабочих вышлет в отхожие промыслы? А с свободными детскими голодными ртами что же сделает артель? Не переведет же артель всех артельщиков в одну казарму, чтобы сократить расходы на содержание и ремонт домов и чтобы лучше утилизировать усадьбы артельщиков. Но это простой, грубый арифметический расчет. А неужели не имеет здесь значения и психическая, так сказать, сторона хозяйственнаго дела: т. е. привычки и личныя качества артельщика хозяина, живущаго все же своей семьей и своей индивидуальной жизнью. Неужели это не повлеяет на общее хозяйство всей артели?

Управа не считает нужным распространяться больше об артелях, о них можно будет говорить подробнее и обстоятельнее тогда, когда возникнуть они, в Елисаветградском уезде и проявят свою деятельность.

Вопрос об артелях, в связи со многими другими фактами, дает Управе повод представить Собранию свои соображения о печальном состоянии крестьянскаго хозяйства и возможном облегчении участи крестьян— земских плательщиков.

Вопрос этот занимал Елисаветградское Земство с первых же лет существования земских учреждений.

Составляя первую свою земскую смету на 1866 год, Собрание не внесло в раскладку земли бывших помещичьих крестьян, крестьян собственников, государственных и южных поселян. Земство мотивировало свое постановление так: «весьма справедливо было бы для вознаграждена класса, несущаго натуральную повинность, освободить от оклада на уездныя земския повинности земли принадлежащая» и т. д.

На этом Земство не остановилось; в следующие же годы (с 1868— 1874) изыскивало способы облегчить крестьянам их земския повинности. Между прочим, Земство остановилось на устройстве доступнаго и дешеваго кредита. «От частых неурожаев и падежей скота, читаем в докладе одной земской коммисии, хозяйства приходят в совершенное разстройство, в особенности страдают крестьяне, которые, для прокормления себя и семейств своих и для выполнения лежащих на них повинностей, вынуждены бывают продавать несвоевременно и за безценок не только свой рабочий скот и последний запас хлеба, но и свой личный труд». Поэтому решено было устроить земский банк в Елисаветграде, членами котораго могли быть и крестьянам общества, причем, по уставу этого банка, от сельских обществ, в обезпечение кредита, принимается приговор общества о круговом ручательстве друг за друга, считая на каждую рабочую душу мужескаго пола ручательной суммы не более 20 рублей. Ссуды предполагалось выдавать и под залог «земледельческих орудий и машин». Нужно заметить, что общества имели в виду сделаться участниками банка, вложив в его кассу свои мирские капиталы, которых в то время было в наличности свыше 500,000 руб. К сожалению, устройство банка земскаго в Елисаветграде не осуществилось в то время и в последующее.

В 1876 году Управа докладывала Собранию: «чтобы дать возможность сельским обществам арендовать земли, необходимо устроить краткосрочный кредит. Дав возможность сельским обществам арендовать необходимое им количество земли, можно возвысить их благосостояние. Организация земельнаго кредита для покупки и аренды земель является крайнею необходимостью, чтобы не допустить развития пролетариата, так как уже и в настоящее время (1876) 6 тысяч рабочих не имеют никакой земельной собственности и в недалеком будущем послужат обременением для земства, а в особенности в неурожайные годы, когда придется их продовольствовать на счет земства, без всякой возможности получить что-нибудь обратно.

В 1883—1885 годах произведено подворное описание Елисаветградскаго уезда. Перепись обнаружила следующие факты.

  Х о з я й с т в.
Обработано было под посев:  Своим скотом.  Наемным скотом.  Супрягой.
Бывш. воен. поселяне . . . 15,9% 29,8% 51,5%
Государствен. крестьяне . . . 26,2% 19,8% 52,2%
Бывшие помещичьи . . . 19,3% 30,5% 48,7%

Таким образом, крестьянских хозяйств, обрабатывающих свою землю самостоятельно, собственным скотом, оказалось очень и очень мало. С течением времени увеличилось, конечно, и число лиц, совсем необрабатывающих свои наделы.

Ежегодные скотские падежи в той или другой местности также уменьшали количество рабочаго скота в крестьянском хозяйств, а сплошной неурожай 1891—1892 года и жестокая безкормица сократили, против предыдущаго года, на 1/3 количество скота в крестьянском хозяйств в Елисаветградском уезде.

Земская управа в своем отчете по продовольственной операции за 1891—1892 год докладывала Собранию, что «живой крестьянский инвентарь в 1892—1893 году сократился на 1/3. Что же касается мертваго инвентаря, то нужно было исколесить неурожайный места в 1892 и 1893 году, чтобы видеть опустошения, произведенныя в них; с жилых и хозяйственных застроек сняты соломенныя крыши, — этою гнилью кормили обезсиливавший от безкормицы скот; деревянныя изгороди разобраны, ими топили печки, так как, вследствие неурожая, соломы совсем не было даже для корма скота. Заработков не было никаких, а наличныя деньги в хозяйстве нужны были, и вот пришлось продавать излишний скот (а много ли такого было?), а вместе с ним и сельскохозяйственные принадлежности возы и земледельческие орудия. Вся эта убыль мертваго сельскохозяйственнаго инвентаря не поддается точному учету и судить о ней можно лишь по общему впечатлению, производимому на наблюдателя сельскохозяйственнаго быта крестьян в неурожайный год. А впечатление это довольно-таки неблагоприятное: воочию можно было убедиться, как богатое домохозяйство переходило в разряд средних, а достаточные делались бедными. О бедных домохозяйствах и говорить нечего: они несли на себе всю тягость неурожайнаго года, без всякой надежды когда либо поправиться».

Урожай 1893 и 1894 годов немог поправить обстоятельств, так как цена на хлеб стояла чрезвычайно низкая. Но вот на помощь населению пришел, наконец, кредит из государственнаго банка, чрез посредство земских учреждений: в 1893—1894 р. пущено в крестьянский оборот 85000 руб., в 1894—1895 г. свыше 100000 р., да кроме того, Елисаветградское отделение государственнаго банка выдало свыше 100000 р. под залог хлеба и около 200000 руб. на оборотныя средства. И все же оказывается такая помощь каплею в море. Из данных, имеющихся в статистическом отделении, оказывается, что в 1895 г. около 60000 десятин земли надельной сдано в аренду, т. е. собственники этой земли бросили; обработывать свои наделы.

Много говорят в последнее время о задолженности частно-владельческих земель. Задолженность крестьянскаго землевладения еще большая. На 1 января 1895 года на земле крестьянских обществ числилось недоимки земскаго сбора (губернскаго и уезднаго) 170732р. 66 к. Кроме того, на сельских обществах числятся недоимки страховаго сбора, школьные, продовольственные, выкупные платежи, по мирскии сборам.

Как велики недоимки по платежам, кроме земских, некоторых сельских обществ, видно из ведомости, представленной при заявлении некоторых артелей Панчева. Пятьдесят домохозяев имеют надельной земли 317 десятин, на этой земле числится долгу 714руб. 67 к. выкупных платежей, долга продовольственному капиталу 499 руб. 77 коп. разных других недоимок 242 р. 92 к., а всего 1457 р. 36 к. или на 1 десятину свыше 4 р., а с земскими платежами до 5 рублей, т. е. долги и недоимки, числящиеся на 1 десятину, превышают арендную годовую плату в этих местах, при чем на некоторых домохозяевах недоимка эта достигает очень больших размеров, как например до 40—50 рублей.

Приведенные факты, а к ним можно добавить массу подобных, показывают, что крестьянское хозяйство переживает еще больший кризис, чем частновладельческое и находится в таком состоянии, что говорить об артелях, как способе поднять это хозяйство на ноги и утешать себя перспективой идиллической жизни артельщиков, при содействии земства— значит умышленно заслонять пред собой и другими сложный вопрос чрезвычайной важности, вопрос государственно-экономической политики, роль земства в которой очень ограничена, если не ничтожна. С вопросом о поднятии крестьянскаго хозяйства тесно связаны вопросы: о крестьянском самоуправлении, о переселениях, о выкупных платежах, о земских и государственных сборах, о мирских сборах, о натуральных повинностях, о паспортной системе, о народном образовании и т. д. О разсмотрении всех этих вопросов в совокупности и вопиют приведенные нами факты, и, между ними, попытки пособить горю учреждением артелей5.

Земская Управа затронула этот вопрос только попутно: от усмотрения Собрания будет зависеть предложить Управе разработать его обстоятельно к следующему очередному Собранию.

В заключение доклада, Управа, имеет честь предложить Собранию: уполномочить Управу производить еще одну ссудную операцию—выдачу ссуды на оборотный средства, т. е. на покупку лошадей, хозяйственнаго инвентаря и т. д. Для перваго опыта Управа полагала-бы достаточным для этой цели кредит из государственнаго банка в 50000 руб., при чем усмотрению Управы должно быть предоставлено выдавать такия ссуды сельским обществам, товариществам частным лицам и артелям, если Управою признаны они будут правоспособными и кредитоспособными.

При этом Управа считает нужным сообщить, что кредит из государственнаго банка дешев, но не всегда удобен. Банк открывает кредит Земской Управе, обусловливая пользование им разными формальностями и отчетностями, не всегда удобными для земских учреждений. Банк во всякое время может изменять % на заем и правила по выдаче ссуд. Это очень стесняет Управу в своих расчетах с ея клиентами. Словом, Земская Управа по отношению к Банку ничем не отличается от всех прочих клиентов, хотя действует Управа кредитом не для себя, а для других и при том, по мотивам общественнаго характера. Банк же смотрит на свои операции с точки зрения простого конторщика, которому безразлично: есть ли у заемщика деньги к сроку или нет; в обсуждение даннаго положения заемщика Банк не входит. Земская Управа действует иначе: она может отсрочивать ссуды по своему усмотрению, она может непридавать значения тем или другим формальностям, она действует, как говорится, глядя по человеку, входя в оценку его имущественнаго и нравственнаго состояния в каждый данный момент. Вот почему представляется необходимым иметь собственный земский капитал, который можно было бы эксплоатировать по усмотрению и на условиях чисто земских. Такие капиталы уже имеются для некоторых целей: так, в Елисаветградском земстве имеется, так называемый, «фонд на народное образование».Из этого капитала выдаются ссуды на постройку училищ. Об экономическом капитал также хлопотало Земство. Напомним об этом последнем случае. В очередной сессии 1889 года, Земская Управа, по постановление Губернскаго Собрания об ознаменовании дня двадцатипятилетия земских учреждений, представила доклад, в котором предлагала выделить из губернскаго запаснаго капитала «неприкосновенный капитал Херсонскаго Губернскаго Земства имени Александра II», для выдачи безземельным крестьянам недолгосрочных ссуд за небольшой %, для покупки земель с помощью крестьянскаго банка, или без его помощи, а также, чтоб из % этого капитала выдавать бедным сельским обывателям единовременные пособия в годину постигающих их несчастий. В сессию 1890 года опять обсуждался этот вопрос и Собрание постановило, по предложению гл. П. А. Зеленаго; «в отмену прошлогодняго постановления образовать капитал Императора Александра II для развития и поддержания кустарных промыслов в губернии». Прошло пять лет,—а об исполнении постановлений Губернскаго и Уездных Земских Собраний по столь важному вопросу—ничего неслышно. Современное печальное состояние крестьянскаго хозяйства напоминает о необходимости приведения в исполнение столь важнаго постановления земских Собраний, почему Земская Управа и имеет честь предложить Собранию ходатайствовать пред Губернским Собранием о приведении в исполнение постановлений о «юбилейном земском капитале имени Императора Александра II».


1 Настоящий доклад Елисаветградской Земской Управы и следующие за ним выписка из журнала Елисаветградскаго Земскаго Собрания, доклад Херсонской Губернской Земской Управы и выписка из журнала Херсонскаго Губернскаго Собрания напечатаны в «Трудах», согласно просьбе приславшей их в Вольное Экономическое Общество Елисаветградской Земской Управы и состоявшемуся о том 18-го мая постановлению III-го Отделения, с целью сделать доступными для лиц, желающих ознакомиться с вопросом о земледельческих артелях, по возможности, все существенные материалы, к нему относящееся. Ред.

2 Земская Управа обращает внимание на хронологический порядок в движении дела об артелях, между прочим, и по следующему поводу: в газетах столичных и провинциальных давно уже посылаются по адресу Земской Управы упреки в «равнодушии к артелям», в «несочувствии» к артелям. Когда и в чем могло выразиться это «равнодушие и несочувствие»? В заявлениях крестьян от 18 апреля прямо говорится, что ходатайства о ссуде, артелям должны быть доложены Земскому Собранию: уполномоченный артелей г. Левитский прислал сведения о своих полномочиях (уполномочие выдано 19 апреля) только 14 августа и также проситьдоложить об артелях Земскому Собранию, Управа и докладывает!

3 Крестьяне села Панчева в 1894 году получили ссуду из государственнаго банка чрез посредство змской управы в числе 84 домохозяев, сумму 6147 руб., в 1894—1895 году ее домохозяева, на сумму 1397 руб. Из Канижцев в 1894 году получили 32 домохозяева, на сумму 2461 руб., в 1894—1895 году 9 домохозяев, на сумму 528 руб. Следует заметить, что управа выдала ссуду всем просившим ее, ни одного отказа не было.

4 В. Е. Постников. «Южно-русское крестьянское хозяйство». Стр. 117, 317—320.

5 До сих пор ни один из изследователей артелей не мог привести фактов о процветании артелей где бы то ни было; напротив, за артель хватаются, как утопающий за соломенку. Даже ремесленныя, рабочия, кустарныя артели (есть и артели нищих в Псковской и Новгородской губерниях), и те не могут похвалиться достатком. Помогают ли артели несчастным белоруссам плотовщикам, волжским крючникам? и др. Помогают только одним: подрядчик-предприниматель не принял бы этих несчастных на службу, если бы не находил в артели кой-какой гарантии для безпрепятственной эксплуатации...

<<<Назад | Початок | Далi >>>


[ HOME ]

ЗЕМЛЕДЕЛЬЧЕСКИЕ АРТЕЛИ
Фон Фон © ОУНБ Кiровоград 2010 Webmaster: webmaster@library.kr.ua