[HOME]
ОУНБ Кіровоград
DC.Metadata

[ HOME ]
Фон История Малой России

Фон

<<< Назад | Вперед >>>


XXXII.
К Государю от Гетмана Мазепы.

Пресветлейший, Самодержавнейший Царь, Государь мой примилостивейший!
Уже то на Гетманском моем уряде четвертое на меня искушение, не так от диавола, как от враждебных недоброхотов, ненавидящих Вашему Величеству добра, покушающихся своими злохитрыми прелестьми искусити, а наипаче пременити мою никогда же премененную к Вашему Величеству подданскую верность, и отторгнути меня с войском Запорожским от высокодержавной вашего Величества руки. Первое: от покойного Короля Польского Яна третияго Собеского, который некакого Шляхтича, именуемого Доморицкого, присылал ко мне с прелестными своими письмами, которого я тогож времени и письма те отослал я к Москву в Приказ Малыя России. Второе: от Хана Крымского, который в тот час, когда я от Перекопи возвращался c Князем Васильем Голицыным и уже переправился чрез Конские Воды, прислал ко мне одного пленника, Козака полку Полтавского, с коварственным своим письмом, возбуждая к тому, дабы я или соединясь с ним, за дееять токмо верст от обозов наших обретающимся, способствовал ему на рати Вашего Величества союзным орудием ополчитися и устремитися, или от войск ваших отступил и отлучился, не дая им ни единой помощи, чтоб он тем образом свободнее мог те Вашего Величества рати преодолети и в намерении своем поганском совершенство получити; да и прочия безумныя слова в том же своем письме предложил мне, которое я тогдаж вручил помянутому Князю Голицыну. Третие: от Донцов роскольщиков, имянуемых Капитонов, от которых приезжал ко мне в Батурин Ясаул тамошней Донской, преклоняя к своему враждебному замыслу, дабы я с ними, утвердя междоусобный союз, ополчился на Вашу Державу Великороссийскую, обещая и обнадеживая прелестно, что Хан Крымский со всеми Ордами предстанет в помощь способственную; которого Донского Ясаула отослал я тогдаж для допросу к Москве, что все имеет быти в Приказе Малыя России записано. А ныне уже сие четвертое от Короля Шведского и от Короля Польского, беззаконно ныне в Варшаве коронованного, Лещинского, устремилося на мою душу и непреборимую подданскую верность искушение, которые искушая меня своими факциями и злоковарными прелестьми к себе преклонити, прислали из Варшавы в сих числех в обоз ко мне некакого Шляхтича, имянуемого Волского, которого я, приказав распросити с пыткою, посылаю его роспросныя речи ко Двору Вашсго Величества, из которых совершеннее будет Ваше Величество известен, с чем он Волской и от кого ко мне послан, и что ему к прельщению моей непреодолимой подданской к Вам верности поверено в тайне мне предложити, а ево самого Волского для того не посылаю что ныне тем путем трудный, и небезопасный, и несвободный проезд, опасаясь, дабы его кто с противной стороны у посланных моих нечаянно не отбил. И я Гетман и верный Вашего Царского Величества подданный, по должности и обещанию моему, на Божеетвенном Евангелии утвержденном, как блаженныя и вечно памяти Отцу Вашему, Благоверному Государю, Царю и Великому Князю Алексею Михайловичу и Брату Вашему, Благоверному Государю, Царю и Великому Князю Феодору Алексеевичу, всея Великия и Малыя и Белыя России Самодержцем, чрез весь век прежнего моего жития верно, и ни в чем не предкновенно служил: такожде и ныне Вам, Великому Государю, премилостивейшем моему Монарху и Повелителю, по должной моей Гетманской верности истинно работаю, и яко до сих времен во всех тех искушениях и вражьих прелестях, аки столп непоколебимый и аки адамант несокрушимый пребыл я, так и сию мою малую службишку и подданскую верность, в которой меня и ныне зломыслящих Вашего Царского Величества врагов каварство и злокозненная прелесть не могла умягчити, сокрушити, преклонити и преодолети, с собою самим повергаю Пресветлейшего Вашего Царского Величества Маестату под Монаршеские стопы, под которых сению обретши себе доброе пристанище и защищение, до последнего моего издыхания непременно пребываю.
Вашего Царского Пресветлого Величества верный подданный и нижайший слуга и подножие

Иван Мазепа, Гетман.

Из обозу под Замостьем, Октября 13 дня, 1703 года
XXXIII.
Инструкция секретная, данная Вольскому от Короля Станислава к Мазепе посланному.
1. По первом объявить сего послания причину иже Король весьма известен еще от деда своего, какую склонность к отчизне своей всегда имел господин Мазепа, ныне же вящие чинити непотребно доводы, яко разумному человеку, сколь многоущербныя Речи Посполитой Польской суть настоящия помешания, а что вяще Короля Августа защищать, истиннейшую прорекают сей Речи Посполитой прав и вольностей пагубу.
2. До трактования с господином Мазепою дана полная мочь господину Борковскому, но понеже дальная дорога к сему выразумлению, того ради за благо разсуждено, да6ы приносу сего послать, который бы что подлинного могл уложить и умовленную вещь с Королем Шведским утвердить, нежели войску его против козаков рушитца.
3. Тот же приносец сего объявит господину Мазепе не смертельную славу, которую восприимет из вспокойства отчизне своей, всякую вольность, которая ему от Маестата и Речи Посполитой дана будет, освобождения из-под владения тиранского, впоследи награждение какое сам себе желати будет.
4. В котором основании ежели сие дело счастливое приимет поведение, и ежели приносец сего что подлинного и истинного от Господину Мазепы с собою принесет, то обязуется Король для истинности сего трактату от Короля Шведского гваранцию получить, и к нему немедленно отослать, и на то обнадеживание Короля Шведского, что когда к мирным договорам с Москвою придет, то в первом пункте заключитца содержание сего трактату, которой ныне состоитца.
5. Донесет, что столько войска в Украйну на президиус, да тут сколько господин Мазепа потребовати будет.
6. Сим подобием дело к действу привести всех способнейшее видится совершение, еже чрез публичные бунты гораздо опаснейший, а чрез настоящей секретный трактат может сам господин Мазепа подать способы, которые ему для интересу Речи Посполитой, Короля и себе самого полезны быти покажутся.
7. Просить о резолюции на всякий пункт сколь скоро возможно. Дан в Варшаве, 23 Сентября, 1705 году, при подписании и положении нашей печати.
На подписи: Станислав Король.
Ниже сего: Адамусь Радомский, Секретарь Комнатной Его Королевского Величсства.
XXXIV.

От Государя К Гетману Мазепе.

Известно Нам, Великому Государю, по доношению вашему, верного Нашего подданнаго, как преж сего, так и ныне будучи при Нашем Дворе в Жолкве, что войску Нашему Запорожскому от непрестанных нынешних трудных служеб и походов, так наипаче жителем Малыя России от переходов войск наших Царского Величества Великороссийских и Низовых, от провозу на Киев и сюда в главное войско всяких военных припасов и казни (без чего при сей войне обойтитца немочно), наносятся немалыя тягости, и хотя Мы, Великий Государь, Наше Царское Величество, о всех верных подданных Наших, о вас войске Запорожском и всем Малороссийском народе Государским Нашим милосердием сожалеем; однакож то вам, верному Нашему подданному и всему войску Запорожскому и народу Малороссийскому объявляем, что в таком ныне с приятелем Нашим Королем Шведским, военном случае, того весьма обойтить невозможно, и того ради надлежит вам для общей Государственной пользы (для которой Мы и персоны Своей, принимая всякия трудности, не щадим) то снесть, и сею Нашею милостивою грамотою вас, верного подданного Нашего, Гетмана и Кавалера, и все войско Запорожское и народ Малороссийской, обнадеживаем Своею, Царского Величества, неотменною милостию, что Мы, Великий Государь, Наше Царское Величество, как напред сего, тебя Нашего вернаго подданного и все войско Запорожское и народ Малороссийский в своей особливой милости и призрении, и при правах и привилиях ваших содерживали, так оная Наша, Царского Величества, милость и впредь наипаче от вас отъемлема, за ваши к нам усердно радетельныя, непрестанныя службы и верность, не 6удет, и по окончании сея войны те понесения трудности и убытки Нашего, Царского Величества, милостию за ваши к Нам верныя службы награждены будут, а ныне указали Мы, Великий Государь, Наше Царское Величество, всем проходящим войскам Нашим и посыльщиком с казною чрез Малороссийский край проходить скромно, не чиня никаких обид и разорения Малороссийского краю жителям, под опасением жестокого Нашего гнева и казни. И тыб Нашего Царского Величества верный подданный, Гетман и Кавалер Иван Степанович и все войско Запорожское со всем народом Малороссийским, сию Нашу, Царского Величества, к себе милость ведали, и впредь служили Нам, Великому Государю, Нашему Царскому Величеству, как и до сего числа верно и радетельно, со всяким уссрдием, и имели в том во всем без сомнения надежду на вышеписанную Нашу, Царского Величества, к вам неотъемлемую милость, и сию Нашу милость объявили Старшине и всему войску Запорожскому и народу Малороссийскому. Дан в главном Нашем Стану при Люблине, лета от Рождества Христова 1707, Июня 24 дня, государствования Нашего 26 году.
XXXV.

Перевод с листа Крымского Хана к Мазепе.

В Исусовом законе учтивому, в Мессиевом народе честному, старому приятелю Нашему, его честности Гетману, многолетно здравие твое да сохранено будет на долгие веки. А буди меня, друга своего, изволите воспомянуть, и я милостию Божиею всегда в добром здравлении пребываю. Потом: мне приятелю вашему, с человеком вашим, купно с листом, прислан подарок, который честно мы приняли, из которого вашего приятельского писания и старой любви вашей, в письме объявленной, с любовию выразумел, чего и впредь всегда о вашем здравии и приятельстве чрез письмо слишати желаем, и впредь с сего числа дабы всегда от вашей честности с любительными листами всегда присылати изволили, за что вельми благодарен буду. И когда дасть Бог, что о чем такое прошение ваше к нам будет, за дружбу и за любовь, чего не пожелаете, всеусердно делать рад и помогать буду; такожде, от честности вашей дружбы и любви и с приятными листами пересылки непрестанныя, с нарочно посланными вашими, желаем. А сего посланного нашего с сим листом, не задержав ни часу, извольте отчустить. Писано 1117 года.

Ганзы Гирей Хан, Селим Гиреев.
Рукою Ханскою:
Мой любимый приятель и старый наш друг, и я твой истенной в дружбе всегда, и от вас приятельства желаем, дабы Бог вам и нам добро сотворил. Сего числа один конь один лук с стрелами послали. Бог нам здравие да подаст. Между собою без пересылки не будем.

XXXVI.

К Государю от Кошевого Атамана Сорочинского.

В подносной обретающихся племенах и языцех от присущественного Слова Сына Божия, славу и честь Царя небесного восприяти: мнози суть звании, но по настоящее время мало суть избранни; ибо вси Монархи, елико их четверочастные пределы света в себе содержат, иже света невечернего в Троическом существе неразделимого не благоволят узнавати, и доселе не ходят во свете, но во тьме, сии не прияша славы и чести Предвечного Царя и Владыки и тьмою иноверия покровенни; Ваше же Царское Пресвтлое Величсство избравше себе Господь Бог по предъувидении своем благочестивого Царя, озарил светом благочестия неугасимым к вечному похвалению и почтил над иных добродетелию, Духа Сватого премудростию, разумом и крепостию, в ней же пребывающе, аки солнце посреде чувственного неба, ясно зрительными лучами озаряет вселенныя концы, так Ваше Царское Пресветлое Величество, на преславном пресветлом обретаяся Маестате, премногими Своими и премилостивными щедротами над всеми окрестными Монархии лучезарно сияеши, изливающе всем премногие Свои Монаршие прещедрые дары, паче же нам, подданному войску Запорожскому Низовому , под Вашею Царского Величества высокодержавною, всесильною, облагодетельною найдующеся десницею, с примилостивейшего и преблагосерднейшего Вашего Царского к нам, войску, призрения, за нашу верную и радетельную службу обыкновенное годовое жалованье на поединократне в дарах исполнити соизволил, которого мы, войско Запорожское Низовое, и сего настоящего 1707 году благонадежно чающе, верному подданному Вашего Царского Величества войска Запорожского обеих сторон Гетману Иоанну Степановичу Мазепе и славного чину святого Апостола Андрея и Белого Орла Кавалеру, писали и просили о доношенье, естьли будет от Вашего Царского Пресветлого Величества товарыщству нашему Указ, по обыкновенное годовое Ваше Монаршое жалованье, ехать. Тогда обоих сторон Гетман нарошно нам, войску Запорожскому, чрез свой региментарский нам на Кош присланый, извещаючи объявлял Универсалы, чтоб Великий Государь, Ваше Царское Пресветлое Величество, являючи нам, подданному войску Запорожскому, Монаршую неотменную и непреложную милость, милостию указали и повелели нам, дабы из нас, войски, некоторое число товарыщства нашего в преславно царствующий град Москву по годовое обыкновенное премилостивое Вашего Царского Величества жалованье прихали, в чем мы будучи обнадежены по давном нашем обыкновении в общей Раде нашей старшего и мельшего товарыщства, избравши в Полковники знатное товарыщство наше войсковое Ивана Заику, товарища Куреня Переяславского и Костантея, товарища Куреня Пашковского, двух их Полковников самутретьих , такожде писаря с Ясаулом, самих и с посполитьем товарыщством обыкновенное число годовое посылаем пред лице Вашего Царского Пресветлого Величества с покорным нашим просительным листом о том же годовом жалованье, рабски до земли припадающе бьем челом и все наипокорственно просим: благоволи Ваше Царское Пресветлое Величество, когда престанут у Пресветлого Вашего Монаршего Маестату высланное товарыщство наше, милостию и щедротами наполнивши нас, подданное войско Запорожское, на кош будучое прещедрым жалованьем: деньгами, сукнами, порохом и свинцом удовлетворити. А понеже случися нам, войску Запорожскому Низовому, Всемилостивейшего Вашего Монаршего чрез сей лист употребляти годоваго прещедрого жалованья, тогда Вашему Царскому Величеству чрез оной рабски известительно творим: с великим нам, войску, зело утеснением и жалостию, и не меньше о том соболезнуем сердцем, что того прошлого году, собравшися некоторое своевольство от разных краев, то от стороны Волоской, то от Дону, то из Москалей некакие, по разным местам гуляючись по степям, несносные бедным людем чинили по дорогам шкоды и здорства, а где только затеют либо в стороне Крымской шкоды, либо где на трактах разбой учинят, все отзываючись Запорожскими козаками нас, войско, невинне обезславляют и пред всем светом оглашают, чрез то нам не токмо чинится недобрая слава пред многими, но и Вашего Царского Величества на нас воздвизается гнев. Мы убо, войско, уведав опасно о том тех легкомысленников и по взятии злом, отправя на три части товарыщство наше, по разным местам нарочно их сыскивая, из которых своевольцов часть едину нашед, единых прочь отгнали, а других, изловивше явне на Коше, смертию казнили и наших за своевольцов, загнавши за Днепр к городам Малороссийским, писали до верного подданного Вашего Царского Величества Ивана Степановича Мазепы, Гетмана, дабы там их указал прочь розогнать, которых по повелению реиментарском, охотные конные полки всех до основания разорили. По разгнании убо того своевольства у нас, войска Запорожского, такий учинен есть совет и постановление, под строгим гласным наказанием, дабы от сего часу между нашего войска нигде и наименьшей не смел всчиняти своевольства и преступства, дабы вновь какая сей подобная вышереченная на наше войско паки не нанеслась потварь; мы убо войско, понеже на нас носится таковое слово, хотя и не виноваты, однакожде повинившися с винным, самих себе осудивше, ниц на землю падающе пред подножием превысочайшего престола Вашего Царского Величества всепокорственно рабски просим: умилосердися, помилуй и пожалуй Благочестивый, правоврный наш Монарх, укроти на нас Свой праведный движимый гнев, прости нам вся, им же Вас, нашего премилостивейшего Монарха, огорчили, и на гнев и опалу к себе подвигнули. А мы яко были от начала Вашему Царскому Величеству верные и на всякия службы повольные, так иным непоколебимо во всяком радении и постоянстве пребывающе, за Державу Вашего Царского Пресветлого Величества кровь свою проливати, здоровья и голов своих не щадити, готовых нас представляем всегда. Ещеж Вашему Царскому Прсеветлому Величеству и о сем нарочно не препоминаем принести во объявление: не единократне мы, войско Запорожское, Вашему Царскому Величеству чрез просительные наши листи предлагали, донося жалобу нашу на Самарцов и Новосергеевских жителей, что великие нам обиды в угодьях наших Самарских, да в том же угодье в добычи звериной и в пасаках нам делают препятия, однако на жалобы наши в достопочтенных Вашего Царского Величества Грамотах, каковы бывали присланы на Кош, ни одного о том не было ответу. Ныне чрез сию челобитную нашу мы, войско подданное Запорожское, Вашего Царского Величества просим: благоизволи, Превеликий наш Монарх, повелительный Свой Новобогородицким и Новосергеевским жителям дати Указ, дабы они с нами, войском, поступали по соседски и приятельски, не чинили никаких задоров нам и в угодьи досаде. Мы войско, благодарим наивышшего Бога, что, при помощи Его, под нами бывшую самовольство укротили; а они Самарцы и Новосергеевцы, вдираючись до угодей, поступают раскольне, на драку и задор сами нас возбуждают, а все то; яко совершенно мы уже ведаем, с ведома Сотника Новосергеевского и с позволения Воеводы нынешнего Новобогородицкого так поступают; понеже, приходя многолюдством внутрь угодей в палатку нашу, до Севрюка нашего, которой там для дозору угодей обретается того самого Севрюка быот и товарыщство ево забивают, посеки разоряют, не допускают товарыщству нашему добычь обыкновенную там имети; одного Севрюка нашего в реке Самаре утопили, других только безвстне здесь потеряли, на остатот сего лета настоящего, палатку спаливши, Севрюков разогнали, несностность пустошь внутрь самого угодья, яко сами хотят, чинят; ныне повторяя Вашего Царского Величества рабски, не так за какие иные грунты, яко за угодьем Самарским, нам войску, в добычах вельми угодных, всепокорственно просим Вашего Царского Пресвтлого Величества, дабы они Новосергеевцы и Самарцы с нами противно не поступали и не чинили никаких кривд и досад в угодье Самарском нашем разорения, о чем Ваше Царское Величество смиренно умолающе, стократно на всякие милостиво повелительные ваши Монаршие Указы и услуги до животне нас представляя, Высокодержавному Вашего Царского Пресветлого Величества престолу до лица земли челом бьем и самих нас склоняем Государствованию Вашему всех благ желателию, усердные и всегда повольные, Вашего Царского Пресветлого Величества, войска Запорожского Низового Атаман Кошевый Петро Сорочинский со всем поспольством.
С Коша, Маия 29, 1707 году.
XXXVII.

От Кочубея к Мазепе.
Ясне Вельможный, милостивый Пане Гетмане, мой велце милостивый Пане и великий добродею! Знаючи тое мудрцево слово: же лепше есть смерть, нежли горкий живот, раднейший бым был пред сим умерти, нежели в живых будучи, такое, якое мя обняло, поносити зелжене, зело естем подлий и ваги такой, якой есть пес здохлий; но горко стужает и болит мое сердце, быти в таких реестре, которий для якого своего пожитку, дочки свои вдаючи куволе людской, безецнимы и вигнанья и горлового караня годнимы, правом твердим суть осужены. 0! гореж мине нещасливому, чи сподевался я, при моих немалих в войскових делах працах, в святом благочестии, под славным рейментом вашей Вельможности, такое поносити укорение; чи заслуговался я на такую язвами болезними окриваючую мя ганебность? чи деялося коли кому тое з тих, которий передо мною чиновне и нечиновне, при рейментарах живали и служили? О! горе мне мизирному и от всех оплеванному по такий злий пришовшому конец, пременилися мне в смуток в надеи о дочце моей будучая утеха моя, обернулася в плач моя радость, а веселость в сетование; естем один з тих, которий сладко приимуют память смерти; хотел бым спитатися в гробах будучих, котории в животе своем были нещастливии: если были боле их такии, яко моя есть сердце пророжаючая болезнь. Омрачился очей моих свет, обышом мы мерзенный студ, не могу право зрети на лица людские и перед власными ближними и домовниками моими; окривает мя горкий срам и поношение; в том толь тяжком смутку моем, всегда з бедною супругою моею плачучи и значное здоровя моего относячи сокрушение, не могу бывати у вашой Вельможности, в чом до стопи ног Вашой Вельможности рабско кланяючися, преинапокорне прошу себе милостивого разсмотрительного пробачены.

XXXVIII.

От Мазепы к Кочубею.

Пане Кочубей!

Доносит нам якийсь свой сердечный жаль, рачий бы належало скаржитися на свою гордую, велеречивую жену, которую як вижу, не вмееш, чи не можеш повстягнути и предложити тое: же ровний муштук як на коне, так и на кабили кладут; она то, а нехто инший, печали твоей причиною, ежели якая на сей час в дому твоем обртается. Утекала Святая Великомученица Варвара пред отцем своим Диоскором не в дом Гетманский, але подлейшое местце, межи овчаре, в разслини каменния, страха ради смертного. Не можеш, прадку рекши, некогда свободен быти от печали, а барзе своего здоровя певен, паки з сердца своею бунтовничою духу не виблюнеш, которий, так разумею, не так з уломности натуральной, яко з подусти женской в себе имеет, и еслиж з Бозкого презрения, теды и всему дому твоему зготововалася якая пагуба; то не на кого иншого нарекати и плакати, тилко на свою и женскую проклятую пиху, гордость и високоумие имееш; чрез лет шестнадцети, прощалося и пробачалося великим и многим вашим смерти годним проступкам, однак нечого доброго, як вижу, не терпливость, ни добротливость моя не могла справити; а що взменкуеш в том же своем пашквильном писме о якомсь блуде, того я не знаю и не розумею, хиба сам блудит, коли жонки слухаеш, бо посполите мовит: Gdzie ogon rzgdzi, tam pewne gtowa btondz.

XXXIX.

Речь Кочубея.

Пресветлейший и Державнейший Царю, Государю примилостивейший.

За Богохранимия Державы и Преславного Царствия Отца Вашего, Великого Государя, блаженния и святия памяти Великого Государя, Царя и Великого Князя Алексея Михайловича, всея Великия и Малыя и Белыя России Самодержца, была измена Гетмана Брюховецкого, которому для верности и жена честной фамили из Москви была дана, и Боярство приписано, в которую измену в многих Малороссийских городах будучих Воевод з-ратними людми побрано и зо-всем разорено и в тесном заключении держано, а инших остерегшихся штурмами добивано з-немалим кровопролитием, по яном толь великом смятии и кровопролитии и по многих вредительных мятежах, когда знову Малороссийский край под Високодержавную Его Монаршую подхилен зостал, тогда Его Царское Пресветлое Величество уличал и опально ганял Енеральных особ Петра Забелу, Судию и прочиих с ним, за тое что они, будучи всегда при Гетмане своем и могучи прислухатися о злоключенном его намерении, за вчасу о том Его Царскому Пресветлому Величеству не чрез кого не ознаймили. Ныне убо мы подлии, познаваючи в поступках Рейментара нашего злое намерение варнованью против Вашего Царского Величества здравия, и на отдаление от Вашего Царского Пресветлого Величества Малороссийского краю, бо сам говорил до ушей наших своими устами, что под Ляхами конечно будем, чиним тое подлуг верности нашей и должности присяжной подданской же дерзновенно о том объявляем, дабы было ведомо Вам, Великому Государю, прежде даже не прошло напытое зло в шкодливое начинание и смятении Богохранимой Вашей Царского Пресветлого Величества Державе, крепкое к Господу Богу и у Вашей Царского Пресветлого Величества премилосердной милости полагаючи наше упование, что за сию истинну и вправду нашу в гибель головами нашими и в разорение жон, деток и домишков наших поданы не будем; ибо не ищем себе в том поношении жадного пожитку, тилко величаючи, Ваше, Великого Государя, превисокое достоинство, всесердечно желаем Богохранимой Вашего Царского Пресветлого Величества Державе многочисленным православнохристиянским народом целости, и тишины, и благочестивым Божиим церквам непоколебимого благосостояния Вашего Царского Пресветлого верные рабы и подножие: Василий Кочубей Судиа, Иван Искра Полковник.
XL.

Грамоты Государевы к Мазепе.
a. Собственноручная, от 1 Марта, 1708 года.

Господин Гетман! пред приездом моим к Москве явился чернец с таким-же злом, как и Соломан бывшей, и я о том хотел на крепко розыскать, от кого-то происходит, но скорый мой отъезд в Польшу помешал тому, и для того я сие дело отложил было до свободного времяни: но понеже как всегда обыдачай есть, что зло тихо лежать не может, и ныне паки уже не чрез сего чернца, но и чрез особливых посланных, явно в том себя явили: Кочубей и Искра (бывшей Полковник), где чаю конечно быть Апостоленку; что я, видев, уже далее отлагать опасаюсь, и для того вам сие, яко верному человеку, объявляю, чтоб каким образом оных воров поимать (ибо я чаю в сем деле великому их быть воровству и неприятельской факции); к поиманию же их такое свое мнение объявляю: что мы их присланных отпустим, яко-бы веря им в том, чтоб оныя Кочубей и протчия будтоб ради лучшего ведения в том деле сами к Нам приехали; ибо ежелиб явно послать по них, тоб чаю конечно ушли, но сим подлогом чаем их приманить двух трех, Апостоленка таким образом прибрать же. Посылаю с сим же посланним явное к вам письмо, в котором написано: дабы вы несколько с ним козаков к Быхову послали от себя с добрым командиром, которого командира вы по сему письму учините Апостоленка; и так сим тихим образом всех трех можем в руки получить; к сему-же то объявляем, что ежели вы и кроме сего способу можете их всех трех достать, то не испуская времяни, немедленно поймав и сковав оных, к нам пришлите, а ежели чаете, что уйдут, то лутче чрез сей случай, а пока оныя попадутся извольте о сем деле тихо держать, якобы не ведаете о сем. Два полка, которые для скорого походу Шведского задержаны были в Смоленску, ныне посылаем немедленно к вам. При сем-же просим вас, дабы вы о сем ниже одной печали и сумнения не имели.
b. Сего Марта 11 дня к Нам, Великому Государю, писал ты, верной подданной Наш, Гетман и Кавалер Иван Степанович, что получа ты ведомость о ложных доношениях некоторых бездельных клеветников, наветающих на вашу верную и непорочную, долголетную к Нам службу, а именно Полтавского жителя перекреста Петра Яценко и другого некоего чернца, что они, желая славу вашу помрачити, по научению некаких зломышленных, на вас Нам, Великому Государю, Нашему Царскому Величеству, доносят ложныя клеветы, о том зело оскорбляешся, и посылаешь к Нам, Великому Государю, к Нашему Царскому Величеству, прося Нас, Великого Государя, на тех клеветников судной управы, и дабы оные присланы были к розыску в Киев: того ради, что чаешь ты, верной подданной Наш, в регименке своем быти враждующих людей, которые сих клеветников на тебя подданнаго Нашего, наустили, завидя милости, которую Мы, Великий Государь, Наше Царское Величество, за верность вашу к вам имеем; и Мы Великий Государь, Наше Царское Величество, ведуя верную и непоколебимую вашу издревле долголетную блаженныя памяти к Отцу Нашему (титло), к брату Нашему (титло) и к Нам, Великому Государю, усердную службу, вас, вернаго Нашего подданного, Нашею, Царского Величества, милостию обнадеживаем, что таким клеветником, на вас ложно наветающим, никакая вера от Нас недастся, но наипаче оные, купно с наустителями, восприимут по делом своим достойную казнь, а каким образом то злое дело изследовать и искоренять, от Нас, Великого Государя, указано, то изображено в преждепосланной к вам, верному подданному Нашему, в собственноручной Нашей Грамоте. И как к тебе ся Наша, Великого Государя, Грамота придет, и тыб, верный Наш подданный, Гетман и Кавалер Иван Степанович, о той Нашей, Царского Величества, непременной к вам милости верен и надежен был, что оная за верныя ваши к Нам службы никогда отъемлема не будет. Писан в Нашем войсковом походе в Бешенчовичах, лета 1708, Марта в 11 день, государствования Нашего 20 года.
c. В нынешнем 1708 году, Марта в 11 день, к Нам, Великому Государю, к Нашему Царскому Величеству, писал ты, верной подданной Наш, Гетман и Кавалер с Полковником Стародубовским с Иваном Скоропадским, с Судьею Полковым Стародубовским с Иваном Романовским, с Судьею полковым Переясловским с Иваном....., с Канцеляристом...... с Данилом Золботом; что получа ты ведомость о ложных доношениях некоторых бездельных клеветников, наветающих на твою верную и непорочную долголетную к Нам службу, а именно Полтавского жителя перекреста Петра Яковленка и другого некоего чернца, что оные, желая славу вашу помрачить, по научению некаких зломышленных на вас Нам, Великому Государю, Нашему Царскому Величеству, доносят ложные клеветы, просил Нас Великого Государя на тех клеветников провосудной управы, и дабы оные присланы были к розыску к Киев; и тогож Марта в 11 день в Нашей, Великого Государя, Нашего Царского Величества, Грамоте из Бешенкович писано к тебе, верному подданному Нашему, что Мы, Великий Государь, ведая верную и никогда поколебимую твою издревле долголетную блаженныя памяти к Отцу Нашему (титло) и к брату Нашему (титло) и к Нам, Великому Государю, усердную службу, вас, вернаго подданного, Нашею, Царского Величества, милостию обнадеживаем, что таким клеветником, на вас ложно наветующих, никакая вера недастся, но наипаче оные, купно с наустителями, восприимут, по делом своим, достойную казнь. И по Нашему, Великого Государя, имянному указу велено тебе, верному подданному Нашему, явившихся в ложном на вас доношении: Генерального Судью Василья Кочубея и бывшего Полковника Полтавского Искру, которые помянутого перекреста Петра Яковленка и чернца с ложным своим на вас доношением присылали чрез посланных своих взять за крепкий караул, и прислать для розыску того их воровства, которое они с ненависти, видя Нашу, Царского Величества, к вам, Нашему подданному, непременную милость, на вас ложно сплели, в Киев, и потому Нашему, Великого Государя, Указу присланные ваши по оных их не взяли, а приехали они с тем своим ложным доношением добровольно в Смоленск, и тамо взяты за крепкой караул и перевезены для розыску сюда; и по вымышленном доношению их явилось самое их воровство и сплетенная ложь на тебя, верного подданного Нашего знатно по злобе или весьма по некакой неприятельской факции; и Мы тому ложному их доношению, как и прежде, так и ныне, веры никакой яти нехочем, ведая к Нам, Великому Государю, твою всегдашнюю, непоколебимую верность, и дабы вящее познать из них о их воровстве и сплетенной лжи, и кто с ними единомышленников: того ради указали Мы, Великий Государь, оных жестоко истязать, и потом для совершения того розыску и объявления их воровства, а особливо, чтоб всяк видел твою к Нам, Великому Государю, верную и никогда непоколебимую, долговременную и усердную службу, послать их в Киев, дабы на то смотря иные на воровство...........и обнадеживаем тебя, верного подданного Нашего, Нашею, Царского Величества, непременною милостию, что как вышепомянутым ворам ложному их доношению, так и впредь на вас клеветником никакая вера от Нас не подастся, но восприимут оные по всенародным правам по делом своим достойную казнь; и понеже тому разыску явились в том-же воровстве приличные Полковник Миргородской Апостоленок и бывшей Канцелярист Черныш: того ради повелеваем Мы, Великий Государь, Наше Царское Величество, имянным Нашим Монаршеским указом, дабы ты, верный подданный Наш, оных, немедленно взяв за крепкий караул, а по разсмотрению своему и сковав, у себя держал.... послал в Киев к Ближнему Нашему Стольнику и Воеводе Князю Дмитрию Михайловичу Голицыну, а ему велено оных тамо держать, пока привезены будут отсюда вышеупомянутые воры Кочубей и Искра скованы, за крепким караулом; и как к тебе ся Наша Великого Государя Грамота придет, и тыб, верный подданный Наш, Гетман и Кавалер Иван Степанович, о той Нашей непременной к вам милости верен и надежен был, что оная за верныя ваши к Нам службы никогда отъемлема не будет; а о взятии за крепкий караул Полковника Миргородского Апостоленка и Черныша и о посылке оных в Киев, учинить тебе, верному подданному Нашему, всеконечно по вышеписанному Нашему, Великого Государя, Указу. Писан в Нашем, Великого Государя, Литовском походе лета 1708, Августа 20 дня, государствования Нашего 26 году.
d. Сего настоящего 1708 году, Апреля 23 дня, в Нашей, Великого Государя, Нашего Царского Величества, Грамоте писано к тебе, верному подданному Нашему, что по Нашему, Великого Государя, Имянному Указу Наши Министры Кочубеем в Искрою, которые явились в ложном донесении на тебя, верного подданнаго Нашего, розыскивали накрепко и что по тому розыску явилось их сущее воровство и самая сплетенная ложь на тебя, верного подданного Нашего, которые, увидя себя обличенных, не дожидаяся пытки, сами принесли вину и сказали что все, еже они на тебя, верного подданного Нашего, письменно и словесно доносили, и то все затеяли ложно, токмо с единой своей на тебя злобы, и что потому они распрашиваны и пытаны в том, и с пытки говоряли тож, что то свое злое воровское вымышленное на тебя, верного подданного Нашего, доношение чинили с злобы своей, не видя и не видая никакой за тобою, верным Нашим подданным, к Нам, Великому Государю, неверности, и что по тому явившемуся злому их делу оные воры и возмутители народные Кочубей и Искра, которые, по собственному своему признанию, те свои ложные клеветы на тебя, верного подданного Нашего, многим в народе Малороссийском для возмущения внушали и разсевали, восприимут, по делам своим, по Нашему, Великого Государя, Указу и по правам достойную казнь; а ныне указали Мы, Великий Государь Имянным Нашим, Царского Величества, Указом оных воров и народных возмутителей Кочубея и Искру, за их воровство и сплетенную их на тебя, верного подданного Нашего, ложь, по Государственным правам казнить смертью, для той казни и послать их в войско к тебе, верному подданному Нашему, и для объявления воровства и сплетенной лжи всему войску и народу Малороссийскому, дабы ты, верной подданной Наш, Нашу Царского Величества непременную милость к себе за свою верность видел, что таким лжеклеветником на тебя, верного подданного Нашего, никакая вера не подалася, Стольнику Нашему и Воеводе Ивану Иванову сыну Зернову Вельяминову учинить о том, по данному ему наказу; и тебе-б, верному подданному Нашему, Гетману и Кавалеру Ивану Степановичу, по получении сей Нашего Царского Величества Грамоты о казни оных Кочубея и Искры, за их сущее воровство, учинить, по вышеписанному Нашему, Великого Государя, Имянному Указу, и когда та казнь совершитца, тогда с доношением о том вышепомянутого Нашего Стольника к Нам, Великому Государю, отпустить не задержав, и впредь-бы тебе, верному подданному Нашему Гетману и Кавалеру, со всем войском Запорожским, быть на Нашу, Великого Государя, милость всегда надежным, которая, за всегдашния верныя ваши как в предках Наших, так и к Нам, Великому Государю, службы никогда отъемлема не будет. Послана из Белиц, Июня в 17 день, 1708 года.
е. Собственноручная, от 10 июля.
Господин Гетман! Понеже неприятель идет по Днепру вниз, и потому, и по потому, и по протчим всем видам намерение ево на Украйну; того ради предлагаем вам сие, первое: чтоб вы, по своей верности, смотрели в Малороссийском крае какой подсылки от неприятеля, также прелестных листов и всяко оные остерегали и пресекали, и Нам в том (ежели сами чего не можете одни учинить) совет и ведомость давали. Второе: что неприятель уже зело своим маршем спешит, того ради заблагоразсудили Мы, чтобы вы со всем своим войском шли, как наискоре, к Киеву, и оставя там несколько козаков в гварнизоне, по совету с господином Голицыным, сами шли за Днепр, в удобное место, со всеми тенжары, или при Киеве были; а конницу всю (разве мало что себе оставить) с добрым Командиром изготовить на легке в поход; и когда неприятель станет ближиться к Великороссийским или Малороссийским городам, тогда Мы всегда у оного потшимся перед брать, а ваша конница-б всегда с зади на неприятеля была и все последующие люди и обозы разоряли, чем неприятелю великую диверзию можете учинить. Мы-бы зело желали, дабы вы сами с тою конницею были, а Командир бы у тенжаров; но нудить вас не можем для вашей болезни, и для того сие кладем на ваше разсуждение; однакож сие надлежит непременно делать. При сем-же и то предлагаем, дабы осторожно в городех было; також чтоб ежели неприятель в которыя места ворвется и станет о хлебе Уневерсалы посылать, чтоб его не слушали, и сие ныне надобно заране престеречь. Впрочем имейте с Нами частую корресподенцию, дабы непрестанно на обе стороны могли ведать, что где поводится.
Piter
f.
Сего настоящего 1708 года Апреля в 20 день, к Нам , Великому Государю, к Нашему Царскому Величеству, писал ты, подданный Наш, что по Нашему, Великого Государя, Нашего Царского Величества Указу, посылал ты в Сечю к Кошевому Атаману и ко всему поспольству Атамана Городового Боришевского, дабы вора и изменника Булавина в Сечи поймав, хотя к Москве, или к тебе, подданному Нашему, прислали, и Кошевой Атаман и все Низовое войско к тебе, подданному Нашему писали: что уже того бунтовщика в Сече нет, а обещалися, когда явится вновь в Сече, поймав прислать к тебе; и ты, подданной Наш, надеяся на то их, Кошевого и всего войска, общание, понеже он изменник и главный бунтовщик за Новобогородицким на урочище Вороной укрепился было окопом и прибирал к себе гултяйство такоеж, как и сам, послал ты, подданной Наш, полк Полтавский и полк конный для учинения над ним и ево единомышленники поиску и поимки оного и для разгромления того бунтовничого соборища, которые полки необретши того изменника и бунтовщика на помянутом урочище, возвратилися в домы свои. Однакож, по ведомости от того Полтавского Полковника, что тот бунтовщик, забегши меж Дон и Донец туляется над урочищем, прозываемом Деркуле от границы Нагайской Орды, приказал ты вдругие тому Полковнику Полтавскому, чтоб совокупясь с тем-же конным полком, шел туда, где оный изменнит и бунтовщик обретается, для поиску и поимки его; а ныне Нам, Великому Государю, Нашему Царскому Величеству, известно, что те посланные твои два полка, Полтавский да Компанейский, сошедчись с вором Булавиным с восьмью сот человеки, где помощию Божиею учинили Над ними ворами Булавинцы поиск, тех воров разбили и языков многих побрали, И Мы, Великий Государь, Наше Царское Величество, тебя, подданного Нашего и Кавалера Ивана Степановича, за посылку тех, регименту твоего дву, полков ратных людей, жалуем милостиво и премилостиво похваляем, и за ту службу указали Мы, Великий Государь, Наше Царское Величество, послать тем двум Полковником: Полтавскому Ивану Левенцу и Полковнику-ж Кожуховскому по паре соболей, по двадцати рублев пара, да по кафтану объеринному на лисьих бурых мехах; Сотником, двадцати одному человеку, по поставу камок, да по паре соболей, по пяти рублей пара, человеку; и то Наше, Царского Величества, жалованье послано к тебе, Нашего Царского Величества подданному с дворянином с Семеном Бридихиным; и тебе-б, Нашего Царского Величества верному подданному, войска Запорожсого обеих сторон Днепра Гетману и Кавалеру Ивану Степановичу, то Наше, Великого Государя, Нашего Царского Величества, жалованье соболи и кафтаны и камки у вышепомянутого дворянина велел принять и роздать Полковником и Сотником, которые были в том вышепомянутом воинском походе, по своему разсмотрению, и о том к Нам, Великому Государю, к Нашему Царскому Величеству, верности твоей писать. Писан государствия Нашего во Дворе, в царствующем великом граде Москве, лета от Рождества Христова 1708, месяца Июля 14 дня, государствования Нашего 26 году.
g. Господин Гетман! Понеже неприятель Днепр перешел и идет к Пропойску, того ради вам надлежит из Киева иттить в Украйну свою, и смотреть того, о чем уже ты известен. Киевскому Полковнику, как наперед сего писали, так и ныне подтверждаем, чтоб шел для надежды Поляком к ним; також четыре или три тысячи (о которых пред сим писано к вам) шли тудаж, не мешкав, или (буде уразумеешь лучше) к Полонному (сие дается на ваше разсуждение); однакож зело сие нужно, дабы доброжелательных Поляков содержать; такоже тому Командиру с вашим конным войском (о чем послан наш Капитан Порутчик Соловой к вам) велите иттить не мешкав в назначенное место, чтоб неприятеля мог предварить (ибо в том много состоит), и все ето неприятель, может быть, к пожитку разорил, к которому вашему войску, для лутчего отпору неприятелю, посылаем Генерала-Маиора Инфланда и Бригадира Полонского с дивизиею конных войск (в которых будет полных четыре полка); также чтоб в процах во всякой были опасности ко отпору неприятелю, и коротко объявляю все, что надлежит к пользе нашей земли, скоро надлежит делать, понеже неприятель уже у наших рубежей. Из Горок, при походе к Мстиславлю, в 8 день Августа, 1708.
h. Господин Гетман! Писал я к вам, при походе своем из Горок, в 8 день Августа: что понеже неприятель Днепр перешел и идет к Пропойску, того ради вам надлежит итти из Киева в Украину свою и смотреть того, о чем вы уже известны; а ныне объявляю вам о неприятеле, что оный отшед от Могилева, остановился в шести милях, и о походе ево, куды намеряет итти, подлинно неизвестно: того ради надлежит вам стоять между Киевом и Черниговым, не отдаляясь от тех мест, и естьли неприятель пойдет на Украйну, то вам надлежит чинить по прежним Нашим Указам и по своему разсуждению. Буде же неприятель не пойдет на Украйну, и пойдет к Смоленску, и тогда пришлетца к вам Указ, дабы вы с войском своим шли за Киев к Белой Церкви для удержания Наших интересов, ибо доброжелательные Поляки о том Нас зело просили, и того ради придастца вам несколько драгунских полков и пехоты.
Послано из Мстиславля с курьером Гетманским Кирилою Зуевичом, 16 дня Августа, 1708 году.
i. Сего настоящего 1708 году, Апреля 20 дня, в Нашей, Великого Государя, Нашего Царского Величества, грамоте писано к тебе, верному подданному Нашему: что явившиеся в ложном на тебя доношении Генеральный Судья Василий Кочубей и бывший Полковник Полтавский Искра приехали с тем своим ложным доношением добровольно в Смоленск, и тамо взяты за крепкой караул и привезены для розыску сюды, и по вымышленному доношению их, по розыску явилось самое их воровство и сплетенная ложь на тебя, верного подданного Нашего, знатно по злобе или..... по некакой неприятельской факции, и что Мы тому их ложному доношению, как и прежде, так и ныне веры никакой яти не хощем, ведая к Нам, Великому Государю, твою всегдашнюю верность; и дабы вящее познать из их о их воровстве; и сплетенной лжи и кто с ними единомышленников, того ради указали Мы, Великий Государь, оных жестоко истязать и потом, для совершения того розыску и объявлению их воровства, а особливо, чтоб всяк видел твою к Нам, Великому Государю, верную и никогда поколебимую, долговремянную и усердную службу, послать их в Киев, дабы, на то смотря иные, на твою верность никаких изветов чинить ложно не дерзали, и что понеже по тому розыску явились в том же воровстве приличные Полковник Миргородский Апостоленок и бывший Канцелярист Черныш: того ради повелели Мы, Великий Государь, тебе, верному подданному Нашему, оных немедленно взяв за крепкой караул а по разсмотрению своему у себя держать где пристойно, или послать в Киев к Ближнему Нашему Стольнику и Воеводе, Князю Дмитрию Михайловичу Голицыну, и после того, по Нашему Великого Государя, имянному Указу, Наши Министри ими Кочубеем и Искрою розыскивали накрепко, и явилося их воровство и самая сплетенная ложь на тебя, верного подданного Нашего, которые, увидя себя обличенных, не дожидаяся пытки, сами принесли вину и сказали: что все, еже они на тебя, верного подданного Нашего, письменно и словесно доносили, и то все затеяли ложно, токмо с единой своей на тебя злобы, и потом они распрашиваны и пытаны в том, что то свое злое воровское, вымышленное на тебя, верного подданного Нашего, доношение чинили не с неприятельской ли факции или подсылки, чтоб тебя, верного подданного Нашего, того уряду лишить, а иного к тому их злу склонного возставить, и кто с ними в том единомышленников, и оные воры Кочубей и Искра из пытки говорили: что то ложное свое доношение чинили не с неприятельской факции, но токмо с своей собственной на тебя, верного подданного Нашего, злобы и ненависти, не видя и не ведая никакой за тобою, верным Нашим подданным, к Нам, Великому Государю, неверности; и по тому явившемуся злому их делу, оные воры и возмутители народные Кочубей и Искра, которые, по собственному своему признанию, те свои ложныя клеветы на вас, верного подданного Нашего, многим в народе Малороссийском возмущения внушали и разсевали, восприимут по делом своим, по Нашему, Великого Государя, Указу и по правам достойную казнь, и понеже вышепомянутые воры с пытки говорили: что о посылке твоей по них, которая учинена по Нашему, Великого Государя Указу, престерег их присылкою своею нарочно Миргородский Полковник Апостоленок а.... объявлении являем, что он с Кочубеем в том о всем имел согласие и пересылки: того ради указали Мы, Великий Государь, дабы ты, верный подданный Наш, по прежнему и по сему Нашему, Великого Государя, Указу, оного Полковника Миргородского Апостоленка, взяв за крепкий караул, послать в Киев и велел отдать тамо Ближнему Нашему Стольнику и Воеводе Князю Дмитрию Михайловичу Голицыну; и обнадеживаем тебя, верного подданного Нашего, Нашею, Царского Величества, непременною милостию, что Мы, Великий Государь, как ныне сему вышеобъявленному ложному Кочубееву и Искрину доношению веры ять не хотели, так и впредь на тебя; клеветников никакая вера не подастся: ты, верный подданный Наш, в Нашей, Царского Величества, непременной к тебе милости.... что оная за верныя ваши к Нам службы никогда отъемлема не будет и тебе-б, верному подданному Нашему, Гетману и Кавалеру Ивану Степановичу, о той Нашей, Царского Величества, непременной к тебе милости ведать, а о взятии за крепкий караул Полковника Миргородского Апостоленка и Черныша и о посылке оных в Киев учинить тебе, верному подданному Нашему, всеконечно по прежнему и по сему Нашему, Великого Государя, Имянному Указу. Писан в Нашем, Великого Государя, Литовском походе, лета 1708, Августа 23 дня, государствования Нашего 26 году.
k. Божиею споспешествующею милостию от Пресветлого и Державнейшего Великого Государя, Царя и Великого Князя Петра Алексеевича, всея Великия и Малыя и Белыя России Самодержца и прочая Нашего Царского Величества подданному, войска Запорожского обеих сторон Гетману и славного чина Святого Апостола Андрея Кавалеру Ивану Степановичу Мазепе и всему войску Запорожскому Наше, Царского Величества, милостивое слово.
К Нам, Великому Государю, к Нашему Царскому Величеству, писал ты, верной подданный Наш, Гетман и Кавалер в листе своем из обозу от Русанова, Августа от 15 дня, настоящаго 1708 года, с Ясаулом войсковым Генеральным Дмитрием Максимовичем, благодарствуя Нам, Великому Государю, покорственно с Генеральною Старшииою, с Полковниками и со всем войском Запорожским за учиненную от Нашего Царского Величества справедливость над Кочубем и Искрою, лжеклеветниками твоими, верного подданного Нашего, и всенародных возмутителей, которые по Нашему, Великого Государя, Нашего Царского Величества, Указу казнены за их воровство и сплетенную ложь смертию: и Мы, Великий Государь, Наше Царское Величество, жалуя тебя, верного подданного Нашего, ту твою присылку приняли милостиво и обнадеживаем тебя, верного подданного Нашего, Гетмана и Кавалера, что Мы, Великий Государь, Наше Царское Величество, как прежде, так и ныне за непоколебимую верность твою к Нам, верного подданного Нашего, Великому Государю, никогда в милости Своей не отступим и верить никаким клеветником, который бы дерзнул что на вас противное Нам Великому Государю, доносить, вера не дастся, в чем бы ты, верный подданный Наш, был на Нашу, Царского Величества, милость благонадежен. Писан в Нашем главном стану при Могутовем, лета от Рождества Христова 1708, месяца Сентября 3 дня, государствия Нашего 27 году.
1.
Господин Гетман! Понеже Мы по оборотам неприятельским видим, что оный намеренный свой путь на Украйну отменил, ибо ныне марш свой отправляет ко границам здешним, того ради изволите вы, по прежнему Нашему Указу, поход свой предуготовлять к Белой Церкви, и для того послать кого ныне туда от себя для учреждения квартир и приготовления фуражу, и сам к тому походу с войском своим быть в готовности, чтоб когда Наш другой Указ получите, немедленно в оный поход иттить.
Из Улагнович, 6 Сентября, 1708.

m.
По поучении сего извольте, по прежнему Нашему Указу, иттить с войском регименту своего к Белой Церкви для надежды Поляков и стать тамо разглашать, что и далее иттить Указ имеете.
Петр.
Из Латра, Сентября 14 дня, 1708.
n.
Понеже Нам, Великому Государю, Нашему Царскому Величеству, донесено чрез присланного от тебя, верного подданного Нашего, войск Наших Запорожских Генерального Ясаула Дмитрия Максимовича, что Малороссийский народ имеет некоторое опасение о том, что знатная часть войск Малороссийских взята из Украйны к сим местам в совокупление с Нашими Великороссийскими войски, також и Великороссийские все Наши войска в дальнем разстоянии обретаются от Украйны, и егда неприятель на Украйну обратится, то оному противно стати и боронити Украйны будет некому, и дабы в приход неприятельский они не были оставлены, и того ради указали Мы, Великий Государь, Наше Царское Величество, тебе, верному подданному Нашему, Гетману и Кавалеру и всему войску Запорожскому и народу Малороссийскому сею Нашею, Великого Государя, Нашего Царского Величества, грамотою объявить, что вышепомянутые войска Малороссийские по Нашему, Великого Государя, Нашего Царского Величества, Указу взяти от Украйны в совокуплением к Нашим войскам не ради иного чего, но ради лучшего поиску над неприятелем и отвращения неприятеля от Наших, Великого Государя, Великороссийских и Малороссийских границ; но естьли бы оный неприятель намерил подлинно итти с войском своим на Украйну, то Мы, Великий Государь, Наше Царское Величество, не токмо те взятые сюда войска Малороссийские пока на Украйну возвратить, но и всему Нашему войску главному Великороссийскому, как конному, так и пехотному, укажем иттить на Украйну для охранения от неприятельских сил; как и ныне, когда получили Мы, Великий Государь, Наше Царское Величество, ведомость о неприятеле, что оный паки марш свой обратил к реке Соже и близ Кричева обретаютца, узнали Мы, Великий Государь, всем Великороссийским и Малороссийским войскам с Фельдмаршалом и Кавалером Борисом Петровичем Шереметевым и прочими Генералами иттить на оборону Украйны с поспешением, и обнадеживаем тебя, верного подданного Нашего, и все войско Запорожское и народ Малороссийский милостию Нашею, что Мы, Великий Государь, Наше Царское Величество, никогда оного во всяких неприятельских наступлениях не оставим; и тебе-б, Нашего Царского Величества верному подданному, Гетману и Кавалеру Ивану Степановичу сию Нашу, Царского Величества, к тебе милость ведать и объявить о том всему Нашему войску Запорожскому и народу Малороссийскому, а с сей Нашей, Царского Величества, грамоты послан Наш, Государственного Посольства Приказу старый подъячей Иван Юрьев. Писан в Нашем воинском походе, в обозе при Могутове, Сентября 20, 1708 года, государствования Нашего 27.


<<< Назад | Вперед >>>


[ HOME ]

История Малой России
Фон Фон © ОУНБ Кiровоград 1998-2005 Webmaster: webmaster@library.kr.ua